Глава 8

ст1 700x435 - Глава 8

Самообразование

Глеб снял двухкомнатную квартиру для приема людей. Пошарпанные кресла и перекошенный диван. Поцарапанный письменный стол времен хрущевской оттепели – все убранство квартиры. Это, конечно, не раскрученный салон, но ритуалить можно. Можно работать в свое удовольствие и изучать магические дисциплины. Желание самоутвердится толкает Глеба на чтение книг. Книги по магии становятся для него хорошими друзьями.

Перекупщики продают книги на развале. Пять корявых деревьев с покалеченными лавочками называются парком. Здесь по выходным дням собираются любители чтения со всего города. Кто-то притаскивает сюда запасы советских классиков из домашней библиотеки; кто-то приносит новинки отечественных издательств. Торговля идет бойко. Многие продавцы и покупатели знают друг друга в лицо.

– «Что сегодня новенького по моей теме?» —спрашивает Глеб щуплого мужчину, выложившего книги на картонные коробки. Тот скупо улыбается и показывает книги по рунам и каббале: – Ральф Блюм «Руны северной традиции», Папюс в двух томах. 

Глеб берет в руки книгу и бережно рассматривает обложку. Книга нежно лежит в его руках, готовая раскрыть тайны еврейской магии. Глеб медленно перелистывает страницы, внимательно вглядывается в рисунки. Ему кажется, что он все понимает, ловит информацию на лету.  Он волнуется от этого. Боится что-то упустить, не понять сути. Спешит хапнуть, как можно больше, поэтому покупает несколько книг.

Съемную квартиру для приема людей, Глеб называет Кабинетом Магической Помощи. Тут все обустроено для проведения обрядов и гаданий. В обеденный перерыв, сев в кресло, Глеб с упоением читает. Он думает, что наполняется силой, становится умнее, мощнее, значимее. Ему кажется, что вот-вот он поймет какую-то важную истину и обретет неимоверную духовную силу. Ему видится, как он взмахом руки исцеляет болезни, привлекает деньги и даже ходит босиком по воде. Он находит это забавным, ведь, если люди увидят его на воде, то придет сразу много клиентов. Но что-то не состыковывается внутри него, наполнения не наступает, и сидхи не открываются.

От этого он ищет все новые и новые знания, штудирует и конспектирует все новые книги. Составляет планетарные квадраты, экспериментирует с вызовом духов, делает талисманы. Таблица Шемхамфораш дала ему надежду на всемогущество. Гении земли и неба высчитаны и выписаны на тонкой металлической пластинке. В своем воображении Глеб уже командует мирами и управляет и целыми странами. В его распоряжении целая армия послушных ему духов.  Душа ежится от близких возможностей и обстоятельств вокруг. И как-то все время плохо.

Серверные руны показались Глебу именно тем, что ему так не хватало. Простота в использовании, простота в начертании. Требуется лишь точное изображение символов, и тогда все заработает идеально. Глеб берет круглый спил ветки в руки и карандашом рисует на нем руны. – «Уруз, Феху, Тир», – проговаривает он про себя их имена. Рука подрагивает. Руны получаются косые, не аккуратные. Одна залазит на другую, и гармония рисунка нарушается. – «Ничего хорошего», – опечаливается Глеб. – Он выкидывает этот кругляшок и делает тоже самое на другом. – «Как у курицы лапой», – бычится он. – «Какие-то каракули». – Глеб не доволен собой, недоволен талисманом. Пропадает всякое желание чертить символы.

На следующий день тоже самое. Снова попытка, и снова не довольство.  Вот, наконец, очередной талисман готов. Пальцы изрезаны в кровь, ведь руны заряжаются кровью. Глеб убирает талисман в барсетку. Она уже пузатится от таких талисманов: рунических, кабалистических, славянских. Что именно работает во всем этом, Глебу не ясно. Он обложил себя талисманами всех мастей. Ему интересно их делать, а дальше – не ничего не заботит.

Через две – три недели, он достает половину своих талисманов и сжигает. Заместо них делает новые, такие же. – «Зачем я столько наделал?» – сокрушается маг, выжигая и вырисовывая новую партию. – «И зачем делаю еще?».

И снова чтение книг, поиск знаний, выискивание драгоценной информации между строк увлекает Глеба. Но нет того, что на долго удерживает его внимание. Книги быстро проглатываются, а душа молча взирает на происходящее. Книги злят Глеба. Он ничего не берет из них. Лишь играет в их изучение. Он обесценивает их так же быстро, как покупает.

Жажда узнать, и сомнения в знаниях смешаны в нем густым тестом. Бродя по «вершкам», он не чувствует глубину. Он, как взбалмошный ребенок, хватается то за одно, то за другое, в поисках драйва и впечатлений.

Карлос Кастанеда захватили внимание Глеба. Он влюбился в него. Ярко представляя себя учеником дона Хуана, он переживает видения прозрачной собаки; взбирается по скале, цепляясь точкой сборки за каменные выступы, воюет со злой колдуньей. Он воодушевлен и эмоционален. «Но как применить все это?» – думает Глеб. Ему опять не хватает. Не хватает глубины погружения в эту реальность. Будто что-то удерживает его на поверхности, не давая прыгнуть в другие слои.

«Что мне поможет стать видящим?» – рассуждает маг. – «Кактусы у нас не растут. Травки нет, грибов тоже. Только «колеса». Где их взять?» –  Глеб перебирает своих знакомых, чтобы найти решение. По очереди отбрасывая кандидатов, он останавливается на сумасшедшем с соседнего дома. – «Его знает Хипс» – утверждается Глеб, – «Значит скажу, что от него».    

Глеб стоит перед дверью Паши – психа, так его называют на районе. Кнопка звонка никак не нажимается. Почему-то палец вдруг перестал гнуться. Переминаясь с ноги на ногу, Глеб решается постучать.

– Кто там? – раздается добродушный голос за дверью.

– Мне нужен Паша, – вибрирует голос Глеба. – Поговорить.

Дверь открывается, на пороге возникает, с виду безобидный, светловолосый заплаканный паренек. Видно, что ему не меньше 30 лет, но вид слишком субтильный. Глаза стеклянные и расширенные.

– Паша, – начинает тянуть Глеб. – Я – психолог. Провожу наблюдения за людьми как вы. Хочу вас лучше понять. Мне нужны таблетки.

Без лишних вопросов Паша назначает цену в тысячу рублей и минут через пятнадцать выносит бумажный кулек с таблетками: – Вот все, что у меня осталось. Буквально позавчера еще два психолога приходили, и все забрали.

Назначен день эксперимента. Глеб ничего не есть, пьет только воду. Три крупных желтых и две белых таблетки отправлены вовнутрь. На вкус они горькие, вяжущие, холодные. Немеет язык. В ожидании прихода, Глебу становится страшно. Он вдруг начинает бояться уснуть и не проснуться, потерять контроль и сойти с ума. Он ходит из угла в угол по своему жилищу. Нетерпеливо смотрит на часы. Понимает, что прихода нет, ничего не происходит. Тогда он заглядывает под кровать и слушает голоса, которые звучат оттуда. Просидев так минут сорок, он встает недовольный. «Таблетки не работают», – думает Глеб. Затем он смотрит сквозь закрытое окно. По улице идет женщина на каблуках. Глеб слышит стук ее туфелек. Они стучат по асфальту, как солдат на параде. И еще они очень красные, не туфли, а какие-то красные пятна. – «Женщина ходит на красных пятнах», – хихикает Глеб. – «Совсем уже».

Снова ничего не происходит. Глеб залазит под кровать и ищет там, кто же все-таки говорит. Приходит к выводу, что это ковер разговаривает с паласом. И ничего удивительного в этом нет: – «Просто они долго не говорили друг с другом. Наверное, были в ссоре. А сейчас болтают без умолку», – жует мысли Глеб.

Попив воды, которая видится зеленой, Глеб ложится на кровать и закрывает глаза. Он лежит на спине и жалеет, что купил таблетки. И вдруг взрыв. Черная бездна открывается перед ним, и из ее центра растет Древо Жизни. Живое, подвижное, вращающееся, переливающееся разными красками. Древо, как спираль ДНК, сплетается своими ветками и выворачивается наизнанку. Глеб ошарашен. Потом снова чернота.

Через двое суток он просыпается со страшной жаждой и чувством голода. Губы высохли покрылись трещинами. В горле ощущение наждачной бумаги. Пальцы рук скрючены и не хотят подчиняться. Все тело затекло так, что тыкает острыми ножами от каждого шевеления. Плохо, очень плохо. – «Больше таких экспериментов не надо», – думает полускрюченный Глеб. И заканчивает с Кастанедой.

Его увлекла йога. Люди в белых воздушных одеждах воспринимаются Глебом, как высшие существа. Они такие тонкие, гибкие, большеглазые. Всегда улыбаются и так увлечены своими практиками. – «Йоги – это крутые ребята», – восхищается Глеб. – «Хорошо бы попробовать йогу. Стану одним из них и мои таланты раскроются».

Районная библиотека. В читальном зале сидят человек пятнадцать. Мужчины и женщины старательно изображают из себя индусов и индусок. Глебу видится это странным, но он смиряется, приглушая себя. На трибуне топорщится ваза с цветами. К вазе прислонена фотография смеющегося индийского гуру в гирляндах из цветов. Гуру Глебу понравился: «Есть что-то  в нем», – отмечает он, – «в отличии от его последователей».

– С благословления учителя мы начинаем, – худющий жердяй, сложил ладони лодочкой и поклонился в сторону окна. – Сегодня у нас новые участники. Давайте их поприветствуем. –

Привстало две дамы и Глеб. Мужчины и женщины, старательно изображающие из себя индусов и индусок, одобрительно захлопали в ладоши.

Глеб сжимается, ему не приятно. Во всем этом чувствуется какой-то фарс и не искренность. Движения адептов нарочито театральные, широкие, как в плохом ТЮЗе. Жердяй читает лекцию о пользе йоги. В конце лекции, Глеб намеревается уйти. Он уже понял, «что попал не туда». Но жердяй преграждает ему путь и просит остаться на важную практику. Сомневаясь, Глеб соглашается.

Женщина в заношенном белом платье, ставит а на трибуну новую фотографию. Там – ноги. Пара черных индийских ног по колено. Крупно, формат А4. Это ноги Марии Дэви. И их нужно целовать, чтобы обрести милость. Адепты подтягиваются к фото. С удовольствием слюнявят фотографию. Глеба воротит. Он тихонько просачивается на улицу: «Я еще грязные ноги не целовал», – плюется он.

Известие о приезде далай ламы Ринпоче как-то разнеслась по городу. В спорткомплексе организаторы арендовали спортивный зал, там на ковриках в «позе лотоса» расселись любители буддизма. Глеб вместе со всеми сидит в зале. Люди держатся обособленно: кто-то сосредоточен, а кто-то закомплексован и не готов общаться. В сопровождении организатора, молодого жилистого парня, вошел далай лама. Короткие волосы, квадратные затемненные очки, классический тибетский халат красно-желтого цвета. Далай лама улыбается. С людьми говорит через переводчика, так как, русский язык не знает. Организатор раздал всем брошюрки с мантрами и объяснил, что сейчас будет передача буддийской техники Зеленая Тара.

Люди совсем притихли. Ринпоче начал читать мантры, и все стали их нараспев повторять. Пел и Глеб. Он, да и большинство других начинающих буддистов, путались в слогах мантр. Они действительно сложные и произносить их без искажений невозможно. Тем не менее, все дочитали эту брошюрку до конца и далай лама благословил зал. Глеба наполнила благотворная энергия, он стал чувствовать какую-то глубину в себе. Радовался, что попал на это занятие и лично познакомился с таким человеком.

Дома читать мантры он не осилил, и знакомство с буддизмом закончилось в момент знакомства.