Чжурчжэни

чщ1 705x435 - Чжурчжэни

В справочниках и энциклопедиях про чжурчжэни написано всего несколько строк: «чжурчжэни, чжуличжени, нюйчжени, нюйчжи – племена тунгусского происхождения». Но чтобы разобраться досконально придется заглянуть в историю, в более давние времена, времена сушеней.

 На востоке Азии о сушенях – самом древнем и загадочном народе севера, знали очень давно. Однако конкретные события ограничивались лишь сообщениями о том, что их посольства преподносили при визите ко двору императоров древки стрел из дерева ку с насаженными на них наконечниками, которые изготовляли из камня «ну» (судя по разрозненным и довольно противоречивым сведениям дерево «ку» весьма похожи на терновник или тысячелистник сибирский, чьи листья напоминают листья вяза. Древесина очень прочная и упругая и совсем не подвержена влияниям колебаний влажности. Не менее интересно, что собой представляет камень «ну» – скорее всего это многоцветные халцедоны и яшма. Камень настолько прочный, что оставляет царапины на железе, поэтому применялся для заточки режущих металлических инструментов). И долгое время почти до конца эпохи Хань имя сушень представлялось своего рода синонимом диковинных экзотических людей.

     Впервые имя народа сушень упомянуто в записях о примечательных событиях времен легендарного императора Шуня. Сообщения предельно просты: в 2021 г. до н.э. ко двору прибыло от племени сушень посольство и преподнесло подарки в виде стрел с каменными наконечниками. Эти подарки отмечаются во многих хрониках, как покорность варваров с востока и поклонение могуществу соседа.

   К пятому веку название сушень исчезает и появляется уцзи или мохэ. Указания о географии их районов кратки: на юге и юго-западе их земли соприкасались с владениями древних корейских племен – северных и южных воцзюй, а также фуюй, территории последних на юге отделяли владения сушеней от бассейна реки Ялоу, в центре – земли государства Когуре, на западе с кочевниками-степняками сяньби, расселившихся вдоль Ляохэ.

   В хрониках тех лет написано: на севере расположены страны «черноногих людей» и одеты они в «рыбу», то есть изготовляли одежду из обработанной рыбьей кожи (что было распространено у народностей Амура), еще севернее – земли волосатых людей (сразу вспоминаются айны, заселявшие в древности устье Амура и острова Сахалин и Хоккайдо.

   Затем сведения о потомках сушень-илоу и уцзи расширились и можно говорить о целой группе родственных племен, которые, однако, были независимы друг от друга: самое могущественное племя – хэйшуй-мохэ расселялись по берегу реки Амур от устья р. Сунгари до устья реки Уссури;

от устья Уссури, своего рода центра хэйшуй мохэ, далее на восток начинались земли племени сымо-мохэ – это район озера Болонь и реки Горин, то есть вблизи современного г. Комсомольска на Амуре, цзюньли мохэ – около Мариинска, кушо мохэ – устье реки Амур и на о. Сахалин; племя лимо мохэ (оно же сумо мохэ) и байшань мохэ владели районами, прилегающими к бассейну верхнего течения реки Сунгари, севернее Гирина и горного массива Байшань; севернее их, где река Нонни и Сунгари сливаются расселились бодо мохэ; еще дальше на север около современного Харбина – аньчэгу мохэ. На восток от Бодо мохэ жили фуне, племя гуши мохэ занимали земли современного Цзямусы. Самые крупные племена владели землями, протянувшимися на 300-400 ли, самые малые по 200 ли. Чтобы судить о воинской силе племен: сумо мохэ и Бодо мохэ могли выставить до 7 000 ратников. В хрониках «Тан шу» специально выделятся большое искусство, с которым мохэ сражались в пешем строю, но больше всего прославилась мохэская конница.

    Хочется отметить наиболее важные культурные достижения и традиции племен, непосредственно питавших чжурчжэньскую культуру. Как и мохэ чжурчжени пахали землю волами, сеяли просо и пшеницу, разводили свиней: «Пашут двумя скотинами. Земля более произрастает просо и пшеницу. Из домашнего скота более водят свиней». А «Суй шу» отмечает: «более занимаются звероловством». В последнем источнике описываются мохэские луки и стрелы. По данным археологических раскопок у с. Надеждинского, оба народа – мохэ и чжурчжени пользовались наконечниками стрел сходных типов: листовидные, ланцетовидные, двурогими срезнями, с вутянутым пером, под треугольными очертаниями, срезнями-лопаточками, долотовидными.

   Одежда у мохэ, согласно «Суй-шу» тоже напоминает чжурчжэньские:   «женщины носят одеяния из холста, а мужчины – из свиных и собачьих кож», и некоторые виды украшений: серьги, круглые бронзовые бляхи с прорезями, бубенцы и колокольчики.

    Чжурчжени как этнос сложился в системе тунгусо-маньчжурских племен и в основном на базе этих племен. Решающая роль в процессе этнообразования чжурчжэней справедливо отводится племенам мохэ, в особенности таких как хэйшуй мохэ и сумо мохэ, или бохайцам. Поскольку культурная близость тесно связана с этнической, а этническое родство является важным залогом культурной преемственности, в поисках истоков чжурчжэньской культуры обратимся к культуре мохэ.

     Культура не возникает на пустом месте, каждая новая культура есть сложная, творческое производное от культуры прошлого и настоящего. Формой необходимой связи выступает преемственность, являясь общефилософской категорией, преемственность в культуре выступает в форме культурного наследия.

     Среди многих факторов, способствовавших первоначальному сложению чжурчжэньской культуры, особое место принадлежит Бохаю и его культуре. Бохайское государство было создано народностью сумо мохэ – непосредственными предками чжурчжэней. Это было государство, примерно такого же ранга как его современники – Корея, Япония, и конечно превосходило мелкие государства, возникшие на развалинах империи Тан в конце 9 века. Бохай превратился в процветающее и культурное государство, создавшее свою письменность, литературу и искусство.

     Конец X века, в период агрессии киданей, совершил коренной переворот в судьбе чжурчжэней и поставил их на передовой фронт борьбы за независимость. И тут государство Коре – наследник династий, которые всегда поддерживала чжурчжэней при отражении агрессии со стороны недружелюбных соседей, в первую очередь со стороны Танского Китая вместо того, чтобы использовать силу племен для борьбы с Ляо, решило ударить с тыла и захватить своих соседей.

      Недальновидные правители Коре, ослепленные величием, переоценили свои силы и не поняли, какую опасность для них представляют полчища кочевников-киданей.

      Враждующие стороны – кидании, коресцы и чжурчжэни обвиняли друг друга в нарушении договоров и границ. Посланцы чжурчжэней в Сун говорили, что Коре постоянно провоцирует киданей для нападения на границы чжурчжэней.

      В начале 80-х годов X века корейский ван Сончжон вытеснил чжурчжэней и расширил свои границы на северо-западе до бассейна реки Ялу. В 985 году кидании вновь нападают на чжурчжэней и захватывают на время часть территории по среднему течению реки Ялу и бассейн реки Тунцзян.

      В 989 и 991 годах вновь следуют нападения киданей на чжурчжэней.   А в 993 году огромная 800 тысячная корейская армия форсировала реку Ялу и начала захватывать чжурчжэньские крепости. После разгрома корейских армий в Понсане начались мирные переговоры.

   Примечательна речь корейского военачальника Сохи, которая выдавалась феодальными корейским историографами как образец дипломатического искусства. На самом деле все сводилось к следующему – киданям предлагалось отнять у чжурчжэней земли вдоль реки Ялу, а Коре признавало бы Ляо своим сюзереном. Платой за суверенитет и независимость Коре оказались чжурчжэньские земли на северо-востоке, которые Сохи захватил в 994-995 годах.

    Все эти события привели к изменению тактики чжурчжэней. Вести борьбу на два фронта не хватало сил. Тогда было принято решение использовать войска могущественного Ляо против Коре, которое превратилось в основного врага. В то время, как Ляо, довольствовались лишь формальным признанием подданства, когда правители Коре проводили ярко выраженную агрессивную политику полного вытеснения чжурчжэней из захваченных районов. В 1010 году, воспользовавшись неразберихой при королевском дворе, где всеми делами вершил генерал Канчо, военноначальники Хо Ко-чан и Ючжди по собственному решению атаковали одно из чжурчжэньских племен. Успех был довольно скромным, тем не менее чжурчжени не желая накалять обстановку прислали мирное посольство с богатыми дарами. Расхрабрившиеся и возомнившие о себе не весть что, военачальники приказали истребить послов.

     Король Мокчжон разжаловал генералов за самоуправство и в последующем казнил. Вожди чжурчжэней пожаловались киданьскому императору и 400 тысячное войско вторглось в Коре. Формально причиной нападения было убийство генералом Канчо корейского императора Мокчжона и нападения на чжурчжэней. Кидани потребовали возвратить чжурчжэньские земли с 6 городами к северу от реки Чхончхонжи. Требования выставлялись и 1012, 1013, 1015, 1018, 1019 годах. В нападении 1012 и 1013 годов принимали участие и чжурчжени, но корейские генерал Ким-сан и оттеснил союзников, и чжурчжени убедившись в нерешительности киданьских войск  во вторжениях больше не участвовали. После 1019 года между Ляо и Коре были установлены дипломатические отношения. Закрепляя захваченные территории в 1033-44 годах, Коре соорудило «длинные стены», построив 14 крепостей и крепостные валы на 500 км от устья реки Ялу до крепости Торенхо на востоке. В 1036 году чжурчжени прислали посольство с богатыми дарами и обещаниями не нападать. Через 10 лет в 1047 году чжурчжени снова напали на пограничные крепости, но потерпели поражение, корейские войска вторглись в глубь их пограничных районов и разрушили все поселения на захваченных территориях до основания.  Эти события заставили ряд чжурчжэньских племен переселяется из районов постоянных столкновений – бассейна реки Ялу в более спокойные районы – центральную Манчжурию и северо-восточные области Приморья. Одна группа чжурчжэней переселилась в район бассейна истоков реки Уссури, в 500 км от р. Суйфун и реки Елань. Новых переселенцев встретили враждебно, произошли стычки с аборигенами, только после женитьбы одного из братьев- правителей на женщине из рода ваньянь вражда прекратилась, при этом в приданное были получены пахотные земли. Таким образом Приморье стало районом, которые стали заселять племена, родственные правящему роду ваньянь. Оно разделилось на близких (потомков Ханьну) и дальних (потомков Баохоли и Агуная).

      Кидани в своем походе на восток, столкнувшись с чжурчжэнями разделили их на группы в зависимости от степени подчиненности империи Ляо. Киданский император Амбагянь сразу оценил грозную опасность, которую представляли для Ляо новые противники и не рискнул сразу включать новые земли в свою империю и создал в 926 году буферное государство Дуньданго для управления бохайцами и чжурчжэнями. Считая, что чжурчжэни начнут производить беспорядки, переселил часть «сильных семей» в район современного Ляоляна и на северо-восток от озера Сяньчжоу.  Они не платили дань, но были обязаны выставлять для Ляо войска.

     Вторая группа переселилась до реки Сунгари, где она была приписана к округу Сяньчжоу и министерству, ведавшим поставкой в войска лошадей. Кидани следили, чтобы к этим чжурчжэням не попадали вещи из железа, поэтому наконечники стрел были из кости.

     Третья группа переселилась на северо-восток от реки Сунгари. Всего насчитывалось 72 племени чжурчжэней.

     В результате появляется деление на «покоренных чжурчжэней» (шу  нюйчжень), живших в Южной Маньчжурии и диких «нецивилизованных чжурчжэней (шэн нюйчжень), проживающих в бассейне р. Хуньтунцзян (Сунгари).

    В конце 11 века среди чжурчжэней выделяется род Ваньянь, из которого вышел наследственный старшина Агуда, объединивший племена. Это была трудная задача, сопровождавшаяся постоянными восстаниями вождей племен, не желавших признавать центральную власть, созданием коалиций против объединения или с целью самим возглавить племенной союз.

  Ляо и Коре примирились за счет захвата чжурчжэньских земель. Среди чжурчжэней начался активный распад родоплеменного строя, усилилось власть племенных вождей. В условиях постоянного давления со стороны Ляо и Коре, осуществлявших прямой захват земель, политическую независимость можно было сохранить только объединением до сих пор разрозненных племен и созданием мощного племенного союза. В такой момент и выделяются исторические личности, способные не только правильно оценить обстановку и наметить главную цель, но найти мужество сломить старые порядки и методы управления.

     Начало процесса объединения положил Шилу. Ему удалось урегулировать отношения с Ляо, которые потребовали у Коре возвратить захваченные у чжурчжэней земли в бассейне реки Ялу. Шилу прекрасно понимал, что при полной свободе многочисленных вождей выиграть борьбу за независимость не удастся и начал первым постепенно вводить «законы и распоряжения» сначала среди своих родственников, а затем и среди других «нюйчжи», ограничивая власть, свободу и самостоятельность остальных чжурчжэньских племен. «Законы и распоряжения» Шилу вызвали резкое возмущение, его не поддержало даже племя его отца, а братья Суйкэ пытались даже убить его. Спас его младший брат отца Селику, выстрелами из лука разогнавший мятежников, пытавшихся закопать Шилу живьем в землю.

      Шилу провозгласили верховным вождем – тайши, но ему пришлось все время подавлять восстания непокорных племен. В одном из таких военных походов он заболел и умер, гроб с его телом даже захватили, но потом воинам его отряда удалось отбить и захоронить на родине. При этом в оппозицию входили большинство племен, живших в Елани и по реке Суйфун, это можно объяснить тем, что им меньше всего угрожали кидани, а корейцы, отгородившись стеной, стали больше заниматься своими внутренними делами.

    Более гибкую политику стал проводить Угунай (1021-1074), несмотря на то, что восстания следовали одно за другим, ему удалось подчинить племена, потерянные Шилу. Угунай любыми путями доставал или закупал для своей армии латы и шлемы, железо для изготовления оружия.  Именно тогда латы стали символом боевой мощи, а их количество – основой суммарной оценки военного потенциала племени. Древние летописцы отмечают приобретение даже четырех лат. Корейская летопись «Кореса-са» сообщает, что в 1051 году чжурчжэньские всадники похитили 94 боевых коня и вооружение без числа. 

Усиление племени ваньянь привело к тому, что на их сторону стали переходить племена, в свое время захваченные киданями (племена телэ и ужэ). Угунай пообещал, что сам будет передавать перебежчиков, чтобы не допустить вторжения киданьской армии на свою территорию, на что кидани с радостью согласились. В другой раз, когда вождь племени уго-пуне Баймынь поднял восстание и загородил «Соколиную дорогу», Угунай, используя дружеские отношения с Баймынем добился передачи ему жены и детей мятежного вождя, а сам передал их киданям. Восстание прекратилось, а император Ляо на радостях закатил пир и пожаловал Угунаю титул вождя все нюйчжи – цзедуши. Но когда император пытался вручить свою печать, тот отказался. При этом Угунай внушил мысль, что если он примет печать, то вожди всех племен взбунтуются и убьют его.  Императору Ляо пришлось смириться, хотя тот и понимал, что отказ от принятия печати означает, что нюйчжи не являются подданными его империи. Но для контроля над территориями кидании построили в 40 км от реки Сунгари крепость Биньчжоу.

      Угунай прекрасно понимал, чтобы не погубить дело, начатое отцом, надо ограничиваться только одним фронтом. Основные усилия были направлены на усмирение неподвластных ему племени уго, не возбуждая подозрения у киданей и тонко используя их в своих интересах. Это только несколько выдержек из почти столетней борьбы за объединение племен.

      В 1113 году (по другим данным в 1114 году) Агуда поднял восстание против киданей. В результате чжурчжэни с Агудой создали свое независимое государство Цзинь (1115- 1234 г.). Но оно появилось не на пустом месте, раньше значительная часть Маньчжурии, современного российского Приамурья и Приморья, Северной Кореи входили в состав государства Бохай

(698 – 926 гг.). Бохай просуществовало 228 лет и было уничтожен киданями. Однако именно на его землях возникла тунгусская государственность. И это не случайно, с самых ранних времен, когда чжурчжэни еще не играли сколько-нибудь заметной роли, они были оплотом независимости северных племен, и выделились из числа своих северных соседей, потому что многое унаследовали от культуры бохайского времени.

     В X-XII веках начался большой этап развития чжурчжэней, консолидации всех близких по крови родовых групп в единую этническую общность, созданием государственности. Золотая империя чжурчжэней – многонациональное государство, или этнополитическое образование, в котором сами чжурчжени составляли едва ли 10% общей численности населения.

     В 1125 году, известном нам как год смерти киевского князя Владимира Мономаха, были приведены к покорности соседние кидани, и в этом же году была осаждена столица китайского государства Северная Сун, которая в 1126 году пала.

     Захватывая один населенный пункт за другим, чжурчжэни дошли до Пекина, окружили и ворвались в город. Император явился в лагерь победителей и согласился отдать им все земли на север от Хуанхе.

     Чжурчжени потребовали огромную контрибуцию. В 1127 году они взяли в плен обоих императоров, захватили все дворцовое имущество, церемониальную утварь и императорские регалии, посуду, драгоценности, карты  империи, библиотеки, мастеров по золотой росписи, ювелиров, каменщиков и камнерезов и ушли к себе за Великую китайскую стену.

      При этом они заняли огромную территорию – от бассейна реки Хуанхе на юге, до Амура на севере, всю Маньчжурию и Восточную Монголию.

      В ходе усложнения общественной и духовной жизни многие старые обычаи видоизменялись, а новые рождались в результате контактов с бохайцами, киданями и китайцами; частично дополнились уже существующие обряды и церемонии. Например, появилось празднование дня рождения, а раньше такого не существовало.

      Религиозная жизнь в новой империи не была похожа на ту, в которой чжурчжэни пребывали до XII века. Коренные китайское, бохайское и киданьское население сохраняло свои привычные верования, а к концу цзиньского владычества китайцы приняли широкое участие в создании новых даосских сект. На исконных землях чжурчжэни твердо придерживались религии своих предков, шаманизм оставался их главной религией.

Изготовление чжурчжэньских талисманов и амулетов по древним технологиям. На: любовь, защиту, здоровье, уверенность и силу. Стоимость: 3 000 рублей + 200 рублей почтовая пересылка.

Изучение рун

shham2 605x435 - Изучение рун

Индивидуальный курс изучения чжурчжэньских рун.

В программе.
Подготовительный блок (1-й месяц):
развитие необходимых навыков работы с рунами (развитие чувствительности и восприятия; развитие внимания и концентрации, развитие интуиции).
реальная настройка сознания на работу с рунами (не ритуальное посвящение);
знакомство со значениями и свойствами рун;
основные расклады и схемы гаданий.

Основной блок (2 месяц):
создание пространства гадания;
создание пространства амулетной практики;
активация умения видеть, слышать, чувствовать, читать руны;
определение понятий и отличий прямого знания от логического;
наработка доверия к интуитивным значениям в раскладах;
устранение убеждений, мешающих качественному получению информации при гадании;
устранение убеждений, мешающих амулетной практике;
закрепление полученных навыков.

Стоимость: 35 тысяч рублей в месяц.